Серый гусь Конрада Лоренца
Поразительны твои качели.
Вечером того же самого дня случилось так, что
Нагель познакомился с Минуткой.
Между ними произошёл нудный нескончаемый разговор,
длился он битых три часа, не меньше.
Вот как всё это было, от начала и до конца. (с)

Прекрасный и слепящий своей красотой внутренний город. Вымощенные булыжником улицы, узкие переулки между аккуратными домами, сложенными в невозможно далёкие времена, очень изящные маленькие шпили и черепица на старых и благородных крышах. Зонтики на улицах, милые кафе, улыбающиеся официантки и добрые люди вокруг. Аккуратная и не слишком яркая, но разноцветная одежда, мягкий вечер, железные газовые фонари, деловитый фонарщик со своей лестницей, огни свеч и ламп из открытых окон стремятся на улицу. Люди смеются, обнимаются, переговариваются, о чём-то договариваясь и горячо обсуждая последние вести. Птицы перелетают с одной крыши на другой, кошки осторожно и тихо переползают за ними. Весёлый хохот и грохот стаканов раздаётся из ближайшего бара в тёплом и уютном подвале. Парочка, держась за руки, пересекает улицу, перед ними почтительно останавливается дилижанс. Какая-то собака, пользуясь моментом, перебегает дорогу под взором улыбающегося возницы и деловитых лошадей. Капли ночного дождя сползают по трубам на мостовую, мальчонка ловит их и с жадностью выпивает. Каждый знает, что капли первого осененного дождя - самое полезное, что можно выпить в начале осени.

Внезапно что-то происходит. Вечернее небо вдруг необыкновенно быстро темнеет. Облака сгущаются и в громоотвод вдруг бьёт молния. Так ярко, так ослепляюще больно. Каждый видит, что громоотвод оплавился от проглоченной мощи, за спасение города он заплатил собственной жизнью.
Каждый слышит грохот. А затем шум прибывающей воды. Внезапно очень старательная свечка вдруг дотягивается до занавесок и мгновенно вспыхивает пожар. Хозяйка не замечает - на её крыше стоял громоотвод.
По улицам несётся цунами. Снося балконы, выбивая двери, забирая с собой булыжник и черепицу, туша свечки, хватая за ноги и руки людей, увлекая их за собой. Мальчика в спину ударило волной и протащило несколько метров по камням.
Пожар забрался на крышу, спасаясь от прибывающей воды, и по занавескам, по тряпкам, по шкурам ползёт дальше, захватывая всё больше. Кто-то открыл дверь, выпуская его из комнаты и, прокляни его Бродский, сгинул в потоке пламени, рванувшегося наружу.
Цунами выбирается на площадь, и, не думая, растекается по улочкам. Дилижанс подхватывает и швыряет куда-то в сторону, письма, как голуби, разлетаются по соседним крышам. Люди запирают двери и окна, но цунами выбивает их, вытаскивает людей за что попадётся и тащит вместе с собой.
Огонь стучится в двери, рыскает по подъездам, сторожит на крышах, только и ждёт, чтобы кто-нибудь открыл.
Люди оказываются в ловушке. Они рыдают в панике и кричат, зовут на помощь. С одной стороны - волна, с другой - стена.
Им уже ничто не поможет.

Это твой город. Твой самый тайный, сокровенный и внутренний город. Ты стоишь на холме и смотришь на это. Ты наслаждаешься зрелищем. Здесь рождается новая жизнь.
А вы ещё спрашиваете, чем меня впечатлил Кнут Гамсун.